Блог Андрея Сальникова

Блог
Андрея Сальникова

 

 

Хожу в горы, пишу о горах...

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

   

 

 


 

 

Знакомство с Хибинами. О метаморфозах времени

 

Перед походом я не раз размышлял о разных непредвиденных ситуациях. Одной из них была — днёвка, но не просто отдых, когда можно выспаться, отъесться и неспешно погулять по окрестностям, а когда погода вынудит безвылазно сидеть в палатке, и выходить наружу захочется лишь по нужде.

Так и случилось. Поздно вечером, в тумане, мы спустились с перевала Арсеньева, он же Арсенина, и встали на ночёвку. Утром планировали выйти на непростой перевал Орлиный, очень уж хотелось попасть на вершину горы Юдычвумчорр именно через него. Часам к двенадцати ночи ветер заявил о своём присутствии, ну а позже пришёл его приятель — дождь. Погода упрямо намекала на то, что завтра нам не взойти.

Ночь была весёлой. Гуляка-ветер бесцеремонно ломился в наш «мягкий домик», но безуспешно. Казалось, неудачные попытки вторжения сильно раздражали его. Он затихал ненадолго, а потом, как бы исподтишка, с ещё большей силой дул, пытаясь сорвать палатку со склона. Дождь же, компаньон по ночному дебошу, непрестанно хлестал плетьми наше укрытие.

Утро, четыре часа — погоды нет, спим до шести, вернее пытаемся спать. Очередной будильник — видимость метров сто, отлёживаемся до девяти. Всё, встаём — будем ждать погоды. Завтракаем и понимаем, что придётся бездельничать целые сутки. Как в поезде, когда, кроме еды, книги и сна на неудобной полке, нет больше ничего. Поел, почитал, поспал, поел, почитал, поспал — и так до тошноты. Мне казалось, что этот день, проведённый в палатке, вымотает меня больше, чем двадцатикилометровый переход.

Два года назад многочасовая фотосессия заставила меня пробыть в пещере длительный промежуток времени. Три часа я ассистировал известному петербургскому фотографу, а потом ещё четыре снимал собственные панорамы. Тогда меня поразила не сама пещера со своими многокилометровыми сетями ходов и не мои фотографические изыскания, а время, которое течёт там совсем иначе.

Подростком я видел документальный фильм о том, как французский учёный-спелеолог Мишель Сифр провёл в пещере много дней, не имея часов. Так вот, он доказал, что без внешней связи с информацией о времени собственная оценка о нём сильно меняется. Его биологические сутки в итоге увеличились до сорока восьми часов.

Длительное пребывание в замкнутом пространстве нашего убежища чем-то напомнило мне нахождение в пещере, лишь свет и звук служили различиями. В августе за полярным кругом световой день очень длинный, почти восемнадцать часов, но за это время диск солнца, по которому можно было бы ориентироваться через ткань палатки, ни разу не пробился сквозь толщу свинцовых облаков. Шелест дождя, порывы ветра и хлопки тента стали чем-то обыкновенным и в какой-то момент перестали восприниматься вовсе. Мы редко смотрели на часы, а отрезки времени нам отмеряли наши желудки, которые напоминали, что пора есть. Мой организм твердил: «Уже ужин!» А мои ощущения реальности говорили: «Не может этого быть! Сейчас часа четыре или пять дня — никак не семь вечера».

Трансформация! Теперь я могу сказать точно, что «пещерное время» существует. Оно действительно длиннее обычного. Удивительно, что, в полной мере я ощутил его не под землёй, а в маленькой палатке на склоне горы Юдычвумчорр, которую саамы справедливо назвали «Гудящей горой».

 

05.11.2015

 

 


 

   

 

Андрей Сальников © 2018